Куда качает насос Центробанка

Странная болезнь поразила российскую экономику. С одной стороны, основная часть населения нищает (доходы растут лишь у 10% наиболее обеспеченных слоев населения). Рушится ветхое, десятилетиями не ремонтировавшееся жилье, выхо­дят из строя проржавевшие коммунальные сети. Закрывают­ся предприятия, забрасывается земля, растет явная и скры­тая безработица, вымирают люди, лишенные средств к существованию и нормальной медицинской помощи. С другой стороны, коммерческие банки не могут найти применения свободным деньгам.

Центробанк накопил давно зашкалившие не только за разумные, но и за всякие безумные пределы валютные резервы, которые в 2,2 раза превысили объем рублей в обращении. Пытаясь избавиться от притока валюты в страну, он уже до 10% снизил норматив обяза­тельной продажи валютной выручки. Заметьте, не от руб­лей, а от долларов и евро избавляется! Правительство опери­рует уже триллионными суммами, изымая из бюджета деньги в свой стабилизационный фонд, на досрочное погаше­ние и обслуживание госдолга.

Деньги у нас «печатает» фактически частная лавочка, отделенная от государства.

В НОРМАЛЬНОМ, непомутенном сознании та­кие вещи совместить невозможно. Как увязать острейшую нужду в деньгах основной части на­селения и предприятий с их невиданным «избытком» у государства, банков и экспортеров? Какая стена между ними стоит?

Руководство страны твердит, как заклинание, что эти «лишние» деньги ни в коем случае нельзя тратить на повышение заработной платы, пенсий, пособий, стипендий. И уж никак нельзя их использовать для спасения загибающихся депрессивных регионов, жи­лищно-коммунального и сельского хозяйства, науки, здравоохранения, образования, культуры. Это, мол, приведет к инфляции, а мы с ней боремся. Пусть все рушится и гибнет, мы отвечаем только за макроэконо­мические показатели, которые нам рекомендует МВФ.

С самого начала «реформ» роль главного отсоса денег из бюджета выполнял Центробанк. И хотя позже для этой цели были подключены другие «ин­струменты», его роль в грабеже страны и по сей день является одной из ведущих

Центральный банк РСФСР был создан на волне парада суверенитетов, прокатившейся по СССР в 1990—1991 годах. Это было искусственное образова­ние, так как все основные функции центрального банка тогда выполнял Госбанк СССР. После разруше­ния Советского Союза эти функции перешли к пре­дусмотрительно созданному заговорщиками суррога­ту. Однако выполнять их он стал очень своеобразно.

Если Госбанк СССР обеспечивал движение госу­дарственных финансовых ресурсов, го ЦБР был «отделен» от государства. Сделано это было по рекомендации американских  специали­стов. Тогда главные центры управления страной были буквально наводнены кадро­выми сотрудниками спецслужб США, которые дикто­вали новым чиновникам, что и как. надо ведать для переустройства жизни в стране.

В СССР именно правительство решало, какую власть поступивших финансовых средств (в том числе вновь эмитированных и валютных) использовать для государственных нужд, а какую — для пополнения ресурсов Госбанка. В «демократической» России госу­дарство в лице правительства было полностью лише­но права распоряжаться как рублями, которые эмити­ровал Центробанк, так и валютой, которую импорте­ры обязаны были ему продавать. Оно могло лишь по­менять в ЦБР полученную таможней валюту на рубли, на худой конец, занять у него некоторую сумму.

По сути главный эмиссионный и расчетный центр страны был превращен в некую частную фирму, контро­лируемую узким кругом лиц из числа его руководителей и тех, кто причастен к их назначению. Если прежде де­нежная эмиссия была монополией государства, то те­перь деньги стала «печатать» частная лавочка. А эмис­сионный доход, до этого поступавший в госбюджет, стал «законным» заработком этих лиц. И хотя ЦБР фор­мально числится государственным учреждением, его руководителям дано право самим определять пути ис­пользования поступивших в их распоряжение фи­нансовых ресурсов и придумывать формы своей от­четности. Остальное, как говорится, — дело техники.

При Советской власти в силу жесткого контроля над инфляционными процессами эмиссионный до­ход был невелик. Новых хозяев Центробанка это не устраивало. Поэтому они организовали гиперинфля­цию, позволившую прикарманивать суммы, во много раз превышавшие те, которые поступали в госбюджет от налоговых платежей. Делалось это так.

Центробанк установил многократно заниженный курс рубля. В результате через ничем не прикрытые границы из страны стали выметаться все товары, ого­ляя прилавки. Ввозить же в страну что-либо при та­ком валютном курсе было бессмысленно. Валютную выручку экспортеры просто меняли в Центробанке на рубли, получая таким путем колоссальную при­быль, на которую скупали и вывозили за кордон но­вые партии товаров.

Одновременно правительство отпустило на свобо­ду иены, которые из-за острой нехватки товаров га­лопом помчались вверх. Организовав таким нехит­рым способом гиперинфляцию, «реформаторы» пус­тились в огромных и вес нарастающих масштабах «печатать» деньги. Но если раньше эмитированные деньги попадали в госбюджет, то теперь они остава­лись в ЦБР в виде валютных и других «обязательных» резервов и взносов в уставные капиталы его «дочек». А уже через эти «дочки» «заработанные» новыми хо­зяевами деньги уводились на их счета в западных банках. Официальные же валютные резервы разме­тались ими по требованию их заокеанских хозяев в долговые обязательства правительства США, то есть уходили прямиком в их бюджет.

Даже по явно заниженным данным Госкомстата, в 1992 году цены в России поднялись в 26 раз (а за все годы «реформ» цены выросли в несколько десятков тысяч раз). Таким путем у государства руководителя­ми Центробанка изымался (и не возвращался в эко­номику страны) эмиссионный доход, во много раз превосходивший по размерам госбюджет. Это было основным инструментом разрушения государствен­ных финансов, изъятия у населения и предприятий их доходов и накоплений, сокращения их потребле­ния и искусственного сжатия внутреннего рынка.

После того, как все стратеги­ческие запасы из страны были вывезены, заокеанские спецы «порекомендовали» изменить стратегию. Теперь задачей № 1 стало уничтожение экономиче­ского потенциала России, еще большее снижение уровня жиз­ни населения, свертывание го­сударственных функций, сокра­щение тем самым внутреннего потребления и перекачивание «высвободившихся» ресурсов на Запад. Основной формой реше­ния этих задач стала так называ­емая борьба с инфляцией, кото­рая продолжается по сей день.

Суть ее проста. С одной сто­роны, с помощью специально разработанной МВФ для Рос­сии налоговой системы из эко­номики изымается непомерно большое количество ресурсов. Эти налоги, много­кратно и последовательно накручиваясь на себе­стоимость и сами на себя, взвинчиваю! цены, де­лая наши товары неконкурентоспособными не только на внешнем, но и на внутреннем рынке. С другой стороны, максимально сокращаются бюд­жетные расходы и доходы населения, блокируются имеющиеся инвестиционные ресурсы, стимулируется ничем не компенсируемый вывоз природных, финан­совых и интеллектуальных ресурсов за границу.

При Черномырдине это делалось так. Правитель­ство запретило само себе брать деньги в долг у ЦБР и стало занимать их на «свободном рынке» под дикие проценты. Этим убивались сразу три зайца.

Во-первых, блокировался инвестиционный про­цесс. Вкладывать свободные деньги, имеющиеся в стране, во что-либо, кроме ГКО и тому подобных «финансовых инструментов», стало просто бессмыс­ленным. Банки не давали предприятиям денег ни под какие проценты. Задушенное налогами, лишенное не только инвестиционных ресурсов, но и оборотных средств производство быстро разорялось

Во-вторых, уплата диких процентов обескровливала бюджет. К 1997 году все налоговые поступления уходи­ли на выплату процентов. На зарплату бюджетникам, пенсии, пособия, здравоохранение, образование, на­уку; на содержание армии и т.д. средств в бюджете не оставалось. Их «приходилось» вновь и вновь занимать под вес более высокие проценты. Это полностью под­рывало платежеспособный спрос как государства, так и населения, сжимало до предела внутренний рынок.

В-третьих, Центробанк стал использовать эмити­рованные рубли на приоб­ретение ГКО и других дол­говых обязательств прави­тельства России, изымая их тем самым из обращения

Это позволило  «безнака­занное наращивать, внешние долги к переводить на Запад не только скупленную валютную выручку импортеров, но и государственные займы. При этом часть полученной валюты шла на пополнение резервов ЦБР и вкладывалась в ценнее бумаги пра­вительства США, крутя часть (расхищенные чи­новниками займы) размешалась в западных ком­мерческих банках, в том числе оффшорных.

Природные ресурсы, прежде потреблявшиеся оте­чественным производством, в результате такого его удушения все более мощным потоком потекли на За­пад. Для облегчения их вывоза экспорт был освобож­ден от уплаты НДС, а затем и налога с продаж. Прак­тически полное прекращение финансирования науки и целенаправленное удушение опережающими тем­пами наукоемких отраслей «высвободили» огромные интеллектуальные ресурсы, которые благодаря отме­не режима секретности стали быстро «утекать» на За­пад, в первую очередь в США.

После неудачной попытки организовать внешний дефолт государства (Кириенко не дали перевести ГКО и другие рублевые ценные бумаги правительства в ва­лютные) было проведено обрушение государственной финансовой пирамиды. Под этим предлогом руковод­ство ЦБР опять установило многократно заниженный валютный курс рубля, а правительство отказалось ин­дексировать заработную плату, пенсии, пособия, ком­пенсировать «сгоревшие» накопления граждан.

В результате применения этих мер резко снизилось потребление как государства, так и населения. А до­полнительно «высвободившиеся» ресурсы мощным потоком хлынули на Запад В 2000) году туда пере­правлялось уже 44,5% валового внутреннего продук­та, созданного в России. Одновременно реже сокра­тился импорт товаров в страну. В том же 2000 году раз­ница между вывозом и ввозом товаров превысила 60 миллиардов долларов. Колониальный разбой вновь, в как в 1992 году, достиг апогея.

Однако резкое сокращение после 1998 года издер­жек российских предприятий на заработную плату и накручиваемые на нее налоги привело к повышению конкурентоспособности их продукции и к оживле­нию производства, прежде всего импортозамещаю­щего. А вместе с ним появились новые рабочие места, стали расти доходы населения, поступления в бюджет Огромное положительное внешнеторговое сальдо (ожидается, что в 2004 году оно превысит 90 мил­лиардов долларов) привело к резкому росту валютных резервов Центробанка, которые уже некуда прятать, а значит, и к укреплению рубля.

В такой ситуации прежний камуфляж под нехватку денег у государства растаял. Сейчас российская власть (или, правильнее сказать, американская колониальная администрация) вынуждена проводить прежнюю коло­ниальную политику в голом, ничем не прикрытом виде. И ей становится все неуютнее под прессом не только оппозиционных сил, но и своих сторонников. Они все чаще и настойчивее начинают задавать «наивные» вопросы, ответить на которые руководству страны нечем. Ведь у всякого словоблудия есть предел.

Похоже, несмотря на судорожно укрепляемую «вертикаль», власть теряет почву под ногами, все бо­лее провисает в воздухе. Ей уже не на кого опереться в проведении колониальной политики. Как бы ни восхвалялся «правильный» президент, внутренняя оппозиция назначенному им правительству стано­вится вес более жесткой и нетерпимой.

Владимир ДЕКТЕРЕВ. ПРАВДА 28—29 декабря 2004 года № 146 (28760)